Психология. За нами следят: почему нам все равно?

21

Частной жизни больше нет. За нами следят. Мы убедились в этом на собственном опыте весной, в разгар пандемии, когда в городах был введен пропускной режим и осуществлялся полный контроль за нашими передвижениями. Каждый наш шаг, при желании, может стать известен «заинтересованным лицам». Громкие шпионские дела последних лет только подтверждают это. Почему же нам все равно?

Познать себя 

За нами следят: почему нам все равно?

За нами следят: почему нам все равно?

Отношения с мужчинами: что мне посоветовала бабушка224164

За нами следят: почему нам все равно?

«Аутизм коварен: мне казалось, что со Степой все в порядке»1153591

За нами следят: почему нам все равно?

Как получить оргазм630624

Представьте, что стены вашего дома стали прозрачными. И всем вокруг виден каждый ваш шаг и слышно каждое ваше слово. Представили? А теперь поймите, что так все на самом деле и есть. И решайте, как с этим жить дальше.

Прошлым летом в одном из пригородов Нью-Йорка произошла поучительная история. Мишель Катала-но, домохозяйка и журналист-фрилансер, решила купить скороварку. А ее супругу как раз в этот же момент потребовался новый рюкзак. Они поступили так, как поступил бы на их месте, наверное, каждый: начали искать варианты в интернете. Мишель искала из дома, ее муж — с работы. Спустя недолгое время к их дому подъехали три черных минивэна. Несколько групп вооруженных людей обошли здание с разных сторон, взяв под прицел окна и двери. После чего нежданные гости предложили хозяевам медленно выйти на порог с поднятыми руками.

Гости оказались сотрудниками контртеррористического подразделения. Спецслужбам не составило труда выяснить, что одновременные поиски в Google скороварки и рюкзака велись хотя и с разных компьютеров, но членами одной семьи. Этого был достаточно для отправки группы захвата: за несколько месяцев до того прогремели взрывы в Бостоне. Организаторы теракта братья Царнаевы соорудили бомбы из скороварок и пронесли их на марафон в рюкзаках…

Глаз Большого брата 

Эта история — не про бдительность спецслужб, она про частную жизнь любого из нас. Жизнь, которой больше нет. Любой поисковый запрос, статус в социальной сети или загруженный файл не являются тайной и рано или поздно могут быть использованы против нас. Спросил знакомого в чате, где купить «Нурофен» без рецепта, — наркопотребитель. Скачал песенку — компьютерный пират. Сгоряча написал в Facebook что-то про нерадивого дворника-таджика — расист. Решил сделать сюрприз любимой и отправился изучать сайт секс-шопа — маньяк.

Достоинство формируется с возрастом при условии, что родители помогают ребенку постепенно расширять свое личное пространство

Разоблачения Эдварда Сноудена не оставляют сомнений: спецслужбы знают (или могут узнать) о том, что мы говорим и делаем в интернете. Те же данные наверняка могут получить и крупные корпорации и способные хакеры. А при желании все они в силах обнаружить и то, что мы от интернета бережем. Арсенал шпионских программ настолько велик, что похитить с любого подключенного к Сети компьютера фото или документы, которые там хранятся, — дело техники, и никакие антивирусы не станут преградой.

А есть еще камеры наблюдения, которыми оснащены офисы, подъезды, станции метро. Информация с них стекается на компьютеры, тоже подключенные к интернету. И как в таком случае мы можем быть уверены, что в эту самую секунду за нами никто не следит? Кстати, и видеомониторы для наблюдения за малышами, которые так любят устанавливать дома состоятельные родители, и встроенные камеры ноутбуков тоже могут быть использованы неизвестными «доброжелателями». Пророчество Джорджа Оруэлла сбылось: Большой брат смотрит на нас. Слушает нас, читает, изучает переписку, пристрастия, контакты. Как с этим жить?

Похожие новости:  Психология. «Живу только с теми, кто меня содержит, и считаю это правильным»

Всевидящая «Призма»

6 июня 2013 года газеты Guardian и Washington Post опубликовали сообщения о государственной разведывательной программе Prism. Информацию журналистам предоставил бывший сотрудник Агентства национальной безопасности США Эдвард Сноуден. По уже подтвержденным данным, со спецслужбами активно сотрудничали крупнейшие мировые компании, включая Google, Microsoft, Apple, Facebook и YouTube. Все они сообщали информацию о своих пользователях не только в США, но и в других странах мира. Таким образом спецслужбам оказались доступны наши сообщения электронной почты, публикации в социальных сетях, списки контактов, хранящиеся в компьютере документы и аудио- и видеофайлы. Также программа Prism санкционировала прослушивание и запись телефонных разговоров.

«А нам все равно» 

«Частная жизнь — это прежде всего потребность в собственном пространстве, — объясняет клинический психолог Яков Кочетков. — Она присуща не только людям, но и многим социальным животным. Даже в стае обезьян существуют социальные маски, которые обязан носить каждый. Тем важнее наличие своего пространства, где можно снять маску и хотя бы какое-то время побыть самим собой. Вторжение в частную жизнь лишает нас этой возможности и неизбежно вызывает стресс».

Стресс этой весной и правда случился серьезный. Теперь, чтобы выйти из дома, нужно было сообщать об этом в соответствующие инстанции, хотя все знают, что без введения в стране чрезвычайного положения каждый гражданин имеет право выйти из дома и направиться, куда он хочет. Какова была наша реакция? Интернет-общественность не била в набат, правозащитники не готовили иски, а социологи не измеряли степень недовольства граждан, поскольку и измерять-то нечего. Значит ли это, что неприкосновенность частной жизни нам безразлична?

Совсем нет, уверена психоаналитик Татьяна Ребеко. Дело в особенностях национального характера: мы живем в постоянном стрессе, ощущая, что наша приватность нарушается на каждом шагу. И происходит это потому, что «зона приватности» у русского человека значительно шире. «Мы не готовы общаться на любые темы, мы даже названиями любимых фильмов и книг с чужими людьми делимся неохотно», — отмечает Татьяна Ребеко. Но по этой же самой причине информация о тотальном контроле над интернетом ничего нового к нашей картине мира не добавляет.

Другое объяснение — история нашей страны. «У нас проблемы интимной жизни разбирали на партсобраниях, — напоминает Яков Кочетков. — Несколько поколений жили в тоталитарном государстве, которое не допускало никакой частной жизни. Не так давно мой друг купил квартиру, стал делать ремонт — и обнаружил «жучки», оставшиеся с советских времен. Никакого удивления это не вызвало. Мы слишком привыкли к тому, что за нами следят, чтобы переживать из-за подтверждений этого факта».

Как стать «непрозрачными»?

Способы противостояния компьютерному шпионажу общеизвестны. Не открывать сообщения электронной почты с незнакомых адресов, не переходить по сомнительным ссылкам, не загружать на компьютер файлы, если вы на 100% не уверены в их происхождении и содержании, создать себе два почтовых ящика и использовать один для личной переписки, а второй — для регистрации в интернете. Но главное — не сообщать о себе лишнего.

«К информации, которую вы сообщаете о себе в Сети, стоит относиться как к татуировке, — советует психолог Яков Кочетков. — Она может очень красиво смотреться на молодом теле. Но неплохо бы подумать, как тату будет выглядеть через много лет, когда кожа и мышцы станут менее упругими. Иными словами, нужно быть достаточно взрослыми и устанавливать границы частной жизни, ясно представляя себе возможные последствия собственной открытости».

Вернуть достоинство 

«Мы знали, что все под колпаком», «подумаешь, новость»… Есть в такой реакции некоторый показной цинизм. Прибегая к нему, мы бессознательно отрицаем ту ценность, которая грубо попирается самим фактом слежки. И ценность эта — личное достоинство, считает психолог Евгений Осин: «Достоинство не существует по умолчанию. Новорожденный не имеет частной жизни: он полностью зависим от матери, которая вытирает ему слюни и меняет памперсы.

Похожие новости:  Психология. Как разговаривать с партнером о потребностях: советы психотерапевтов

Достоинство формируется с возрастом, но только при том условии, что родители помогают ребенку постепенно расширять свое личное пространство. А если они продолжают вытирать ему слюни и в 10, и в 15 лет, они лишают его такой возможности. То же самое происходит и когда функции строгого, но заботливого родителя берет на себя государство или социальная группа. Человек остается социальным индивидом и дальше не развивается. Он успешно играет социальную роль, но почти не имеет сферы собственного, не становится личностью».

Мы — авторы своей жизни, и у каждого случаются в ней неудачные страницы

Казалось бы, молодежь, не заставшая тоталитарное государство, должна больше ценить приватность. Но молодые пользователи интернета в России не только не выходят на митинги против слежки, но и с удивительной беспечностью продолжают сообщать в Сети информацию, делиться которой категорически не следует. Недавно мне попалась на глаза публикация в Facebook юной племянницы моих знакомых. Получив новый загранпаспорт, она выложила его первую страницу — с фото, номером, подписью и всеми прочими данными.

Многие девушки (да и юноши) размещают свои фото в обнаженном виде — чтобы повысить самооценку, найти партнера, похвастаться своей раскованностью. «Достоинство человека не прямо зависит от влияния среды. И перемена внешних обстоятельств не означает автоматических перемен в нас, — констатирует Евгений Осин. — Гораздо существеннее влияние взрослых, которые передают ребенку способы обращения с миром».

Уважать свои недостатки 

Но как быть с тем, что очень многое о нас уже известно посторонним людям, с которым мы вовсе не намеревались «сближаться»? Отказаться от интернета вовсе? По данным британской The Daily Mail (чья информация, впрочем, всегда требует тщательной проверки), 11 миллионов пользователей удалили в последнее время свои учетные записи в Facebook — именно из-за того, что их частная жизнь оказалась доступна посторонним. Что ж, следующий шаг — отказаться от телефона (прослушают) и компьютера (взломают). Затем в ход пойдут капюшоны, очки и маски — чтобы нас не узнали камеры слежения…

«Не следует переоценивать важность собственной персоны, — полагает Яков Кочетков. — Количество электронных писем и публикаций исчисляется миллиардами, и никакая разведка не читает их все подряд. Алгоритмы просмотра сообщений реагируют на ключевые слова. И если вы не планируете теракт и не обсуждаете поставку героина, ваши разговоры вряд ли заинтересуют государство. Поэтому беспокойство за частную жизнь не должно перерастать в паранойю: как бы ни были широки возможности слежки, следить всегда и за всеми нельзя, да в этом и нет смысла».

У Татьяны Ребеко свой ответ на вопрос, как не бояться вторжения в частную жизнь. «Жить так, чтобы бояться было нечего», — считает она. Нет, никто из нас не ангел, но дело совсем в другом. «Мне не раз приходилось встречать людей, у которых есть внутренний стержень, — рассказывает Татьяна Ребеко. — Их главный секрет в том, что они открыты по отношению к миру и очень уважительно относятся к себе, ценя в том числе и собственные недостатки. Мы — авторы своей жизни, и у каждого случаются в ней неудачные страницы. Главное — признавать, что наша жизнь ими не исчерпывается. В этом случае любые разоблачения прошлых тайн заставляют глупо выглядеть любителей подглядывать в замочную скважину, а не тех, за кем они подсматривают».

Поделитесь с нами своим мнением
Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here